КРУПНЫМ ПЛАНОМ

Улица Венцека: купеческо-революционная магистраль исторического центра

 2 908

Автор: Андрей Артёмов

Спецпроект ДГ «Энциклопедия самарских улиц» после исследования Машстроя возвращается в исторический центр. Сегодня в центре внимания, пожалуй, самая показательная его улица, в которой, как в зеркале, отражаются многие проблемы как старой Самары, так и города в целом.


За свою историю улица сменила несколько названий:

— В 1840-50-х годах — Базарная.
Встречаются также другие названия в этот же период: Пробойная, Проломная, Поперечная.
— С 1850-х до 1926 года — Заводская.

Самым «наваристым» с исторической и архитектурной точек зрения является отрезок улицы от Галактионовской до Степана Разина. По мере спуска к Волге градус исторической ценности ощутимо падает, а архитектурный интерес держится на должном уровне за счет нескольких эффектных зданий. Часть же от улицы Галактионовской и до железнодорожных путей оставляет грустное впечатление. Там мы имеем дело с мало аппетитным миксом постсоветских высоток, промзон и рядовой (на первый взгляд) дореволюционной застройкой.

С этого участка мы и начнем. Здесь обнаружились несколько весьма любопытных деревянных домов, богато украшенных резьбой, но, к сожалению, безотрадно доживающих свой век в руинированном состоянии.

На углу с улицей Галактионовской начинается тот самый купеческо-революционный кластер, наличие которого было вынесено в заголовок статьи. Так, к началу XX века усадебные места по обеим сторонам улицы Венцека принадлежали купеческому семейству Шихобаловых.

До революции здание слева было жилым, а то, что справа, сдавалось в аренду Губернской типографии. Советский строй не оставил недвижимость Шихобаловых без внимания. Так, в годы Гражданской войны в их особняке располагалось ведомство путей сообщений КОМУЧа, а после свержения «учредилки» — Управление военно-полевого строительства Восточного фронта, в котором работал Дмитрий Карбышев. Типография же в свою очередь стала носить имя самарского большевика Владимира Мяги.

На этом же перекрестке — дом, в 1900 году принадлежавший Варваре Курлиной.

Венцека, 69

Впрочем, на Шихобаловых и Курлиных купеческая палитра улицы Заводской не заканчивается. Уже на следующем перекрестке (с Молодогвардейской) в этом можно убедиться.

Вот свежеотреставрированный дом купца-старообрядца Ивана Санина. В 1900 году оценивался в 7000 рублей (один тогдашний рубль приблизительно равняется 1000-1200 современных). Достойная цифра по тем временам.

Прямо напротив него — дом, от внешнего вида которого бросает в дрожь. Видел бы его нынешнее состояние его прежний владелец, почетный гражданин Самары Яков Соколов. Он обосновался на углу Заводской и Соборной еще в конце XIX века, построив здесь дом, говоря сухим языком документов, с жилыми и торговыми помещениями. Стоимость в 1900 году оценивалась в 15000 рублей.

Нынешнее состояние здания в комментариях не нуждается.

Купеческий особняк, стоящий по диагонали от дома Соколова, уже не первый год стыдливо скрыт фальшфасадом. Знаменитые когда-то на всю Самару винные склады купца Григория Иванова ныне влачат жалкое существование, приютив под своей крышей некую «vip-сауну»…

Давайте посмотрим на эту работу архитектора Георгия Мошкова в дореволюционный период.

Винные склады купца Иванова

Даже эта небольшая фотография дает возможность рассмотреть буйство эклектики под сенью вечно счастливого Бахуса.

И вот во что все это превратилось.

Два следующих купеческих особняк смотрят друг на друга глазами маскаронных львов. Льва малого и льва психоделического.

Особняк купца Павла Шихобалова (охраняется львом психоделическим) более известен широкой публике как «Дом с атлантами», хотя самих атлантов уже давно нет. Он попал в самый первый список ОКН далекого 1966 года. В нём особняк проходил как «Прокуратура ПриВО. Арх. Щербачёв А.А. Модернизированная классика».

Уже не первый год ведется реставрация этого здания, после которой в нем будет размещена часть коллекции Художественного музея. Впрочем сроки ее завершения неоднократно переносились. В последнее время упоминалась весна 2018 года. Ждем-с.

Напротив Дома с атлантами стоит другой купеческий особняк, который принадлежал Анастасии Неклютиной (в девичестве — Шихобаловой) и уже в 1900 году оценивался в 10000 рублей. Дама она была предприимчивая: имела свой собственный конезавод, автосалон, а в 1912 году еще и построила механизированную пекарню. Вторую во всей Российской империи. В пекарне успел поработать сам Валериан Куйбышев.

Особняк купчихи Неклютиной

Проект особняка купчихи Неклютиной взят здесь.

В 1918 году в особняке Неклютиной обосновался клуб коммунистов. Именно в нем большевики под командованием Александра Масленникова держали оборону от чехословацких легионеров. Неподалеку от него принял мученическую смерть председатель ревтрибунала тов. Венцек.

Особняк Неклютиной

Внешний вид особняка печален, но в 2019 году его обещают отреставрировать.

Следующее здание интересно тем, что к нему приложили руку сразу два известных самарских зодчих — Александр Щербачев и его сын Петр. Дом купчихи Натальи Карповой был построен Щербачевым-старшим в конце 1890-х годов, а надстроен спустя полвека его сыном Щербачевым-младшим.

Дом купчихи Карповой

А вот как выглядел этот дом до надстройки.  На чертеже — фасад по улице Заводской. Источник

Дом купчихи Карповой

Через дорогу от дома Карповой еще одно здание с богатейшей историей, которая (что, как мы убедились, большая редкость) подкреплена его прекрасным внешним видом. В конце XIX века здесь стоял винокуренный завод купца Аннаева. Увы, бизнес-фортуна отвернулась от Егора Никитича, и в 1899 году в перестроенном здании открылась 3-я женская гимназия под руководством Александры Межак-Хованской. К этому времени стоимость дома оценивалась в 10000 рублей.

Гимназия Межак-Хованской

Не затерялось это здание и в водовороте Гражданской войны. В гимназии Межак-Хованской в 1918 году разместился Главный Военный штаб Народной армии. Той самой, что под руководством Владимира Каппеля отбила у красных Казань и чуть не изменила ход всей Гражданской войны.

Для закрепления пройденного материала давайте взглянем на улицу Заводскую образца 1905-1910 годов.

Чапаевская. Венцека
Вид на перекресток с Чапаевской в сторону Молодогвардейской

Следующий дом (Венцека, 49) ныне находится в руинированном состоянии и прикрыт фальшфасадом. Вот, как он выглядел в начале 2000-х годов.

Неказистое на первый взгляд здание меж тем имеет интересную дореволюционную историю. В этом доме, принадлежавшем купчихе Юриной располагалось самарское представительство «Товарищества чайной торговли В. Высоцкого и К°». Крупнейшего игрока на рынке торговли чаем в Российской империи.

Владелец следующего дома видимо хотел переплюнуть все остальные здания в этой локации. И нужно сказать, что ему это удалось. Громада в стилистике северного модерна сразу привлекает взгляд и вызывает закономерный восторг, пополам с огорчением.

Дом, который по праву попал в топ самых загадочных домов Самары. Впрочем, с момента написания того материала кое-что прояснилось. Например, настоящая фамилия владельца. Этот доходный дом принадлежал купцу 2-й гильдии Ростиславу Зворыкину.

Вид фасада угнетает, а вот двор весьма любопытен и колоритен.

Далее минуем «тарелку» и видим Волгу. А помимо этого, памятник истории федерального значения — Дом Жильцова (Венцека, 28). Здесь в 1890-х годах размещалась художественная школа Фёдора Бурова, среди учеников которого был сам Кузьма Петров-Водкин.

Впрочем, не за связь с известным живописцем этот дом получил статус федерального памятника. Дело в том, что в мастерскую Бурова в свое время наведывался молодой Володя Ульянов

Дом Жильцова

С противоположной стороны улицы Венцека глядят на дом Жильцова беспристрастные филины самарского Окружного суда. И как ни прискорбно это отмечать, но у здания началась «линька».

Филины

Есть на улице Венцека и пример новостройки, которая своими очертаниями повторяет дореволюционное здание. На фото справа — строительство дома №21, на рисунке слева — вид этого же дома в первоначальном виде.

По мере приближения к Волге мы видим все больше отреставрированных к ЧМ по футболу домов. Вот ослепляет нас ярко-горчичным цветом «Капитанский дом». Тот, чей фасад украшен якорем. Когда-то на крыше имелась еще и мачта.

А вот точных сведений о владельце, равно как и об архитекторе, его построившем, в краеведческой литературе нет.

По соседству с Капитанским находится зверски зареставрированный двухэтажный дом с мезонином. Вот как его описывает Ваган Каркарьян:

Каменный двухэтажный дом с деревянным мезонином имеет двускатную кровлю и фронтон. Балкон (без декора, с гладкими стенами) поддерживают кованные кронштейны. Мезонинная постройка в центре дома придает ступенчатый характер фасаду, столь характерный для ампирных построек послепожарной Москвы.

Венцека, 8

На углу с улицей Водников нас встречают еще два дома, владели которыми известные самарские купцы. Федор Вощакин (слева) и Дмитрий Новокрещенов (справа). Дом последнего сейчас скрыт строительными лесами, посему фотография его будет винтажной.

Вот мы и вышли к матушке-Волге. Давайте же обернемся и посмотрим на улицу Заводскую образца 1904 года. Самара ждет Николая II.

3-Заводская-ожидание-царя-19

Послесловие

Что же, друзья, подведем итоги нашей прогулки. В сухом остатке — тягостное впечатление от увиденного. Купеческое наследие, которым принято гордится, по большей части лежит в руинах. Мелькают заплатки фальшфасадов. Притом, большая часть архитектурной «разрухи» сосредоточена на самом транспортно-насыщенном отрезке улицы, от Фрунзе до Галактионовской. Схожая ситуация на другой купеческой магистрали — улице Алексея Толстого. Там ежедневно сотни самарцев из окон общественного транспорта могут лицезреть пребывающие в плачевном (особняк Сурошникова, доходный дом Субботина-Маркисона) и критическом (Реальное училище) состоянии памятники архитектуры.

В глобальном, метафизическом плане, улица Венцека является своего рода Рубиконом, отделяющим парадную часть исторического центра, от, если хотите, её окраин. Красуется модными кафе и барами улица Куйбышева. Музейно-театральным убранством — Фрунзе. Щеголяет своей спонтанной культурной активностью самарский Арбат. Но все это в той стороне куда смотрит Ильич. А за его могучей спиной простирается «пустыня», заканчивающаяся недостроенным Фрунзенским мостом. Нет здесь милого сердцу урбанистов стрит-ритейла, отсутствуют центры культурного притяжения, для, как говорится, широких слоев. Хлебная площадь, откуда пошла Самара, представляет собой край Ойкумены. А может стать еще хуже. Но это уже совсем другая история.

Фотографии: Елена Вагнер


Другие материалы из рубрики «Крупным планом»:

— Улица Алексея Толстого
— Улица Александра Матросова
— Улица Аэродромная
— Улица Бобруйская
— Братьев Коростелевых
Брусчатый переулок (Машстрой)

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтакте и Facebook