КРУПНЫМ ПЛАНОМ

Улица Вилоновская: из мещанского царства, к кварталам советской элиты

 2 452

Автор: Андрей Артёмов

Наша «Энциклопедия самарских улиц» неторопливо исследует букву В, на которую приходится немало знаковых для города улиц. Совсем недавно мы препарировали улицу Венцека, теперь настал черед еще одной, названной в честь революционера — Вилоновской.

Впервые она появилась на плане реконструкции и расширения Самары 1839-1840 годов. Тогда ее называли Оренбургской. В 1850-х годах улицу переименовали в Александровскую. По всей видимости, в честь императора Александра II.

8 июля 1926 года старорежимное имя было стерто, и на карте Самары появилась Вилоновская. Улица была переименована в честь профессионального революционера Никифора Вилонова, который был одним из лидеров самарских большевиков в год Первой русской революции.

Вилонов

После 1905 года судьба развела Никифора Вилонова с волжскими берегами. За то на острове Капри он успел подружиться с Максимом Горьким и удостоиться от него звание «Человек с большой буквы». Умер товарищ Вилонов и вовсе в Давосе, где лечился от туберкулеза легких.

Вилоновская пересекает улицу Агибалова, тем самым выходя за границы старой Самары. Здесь же расположен главный торговый центр города времен развитого социализма — открытый в октябре 1967 года ЦУМ «Самара».

ЦУМ Самара

Напротив него когда-то стояло здание Пригородного автовокзала, в начале нулевых превращенное в ТЦ «Самарочка», а потом и вовсе снесенное.

Пригородный автовокзал

Если на этом участке жизнь показывала динамичное развитие города-миллионника, то за улицей Агибалова открывалось самое настоящее «мещанское царство». Часть его (до улицы Никитинской) была аннексирована новостройками в 1980-х годах.

Улица Вилоновская1978 год. Вид по улице Вилоновской, от Никитинской в сторону Агибалова

Однако за Никитинской мы наблюдаем практически нетронутый островок дореволюционной Самары. Это типовая историческая застройка, которая, в общем, не имеет большой исторической или архитектурной ценности. Но видя на горизонте трансгрузовский Ортханк, понимаешь: вросшие в землю домики в полтора этажа, пожалуй, меньшее из зол.

Среди этой исторической застройки встречаются и подлинные шедевры деревянного зодчества. Один из них — дом №106. Сначала посмотрим на него издалека.

Вилоновская, 106

Прежде чем поговорить о нем, остановимся на проблеме исследования деревянного зодчества в отдельно взятом городе. Работ по этой теме крайне мало. Однако дом по Вилоновской, 106 неизменно попадает в поле зрения их авторов.

Теперь поглядите на этот же дом на рисунке архитектора Вагана Каркарьяна (иллюстрация взята из книги «Тайны деревянных украсов Самары»).

Только послушайте описание декоративных элементов этого дома: «Карниз дома с двухъярусным подзором поддерживается прорезными подкосами-кронштейнами в форме конских голов. Оконные наличники с дыньками завершаются точеными самоварами. Под треугольным карнизом светит солнышко».

Добавим сюда и комментарий самарского краеведа Емельяна Гурьянова из книги «Самарские узоры»: «Общее убранство второго этажа дома на фоне открытой бревенчатой стены выглядит контрастно и монументально».

Этот дом не является памятником архитектуры, так что Том Сойер Фест, welcome!

Следующее здание будет первым на нашем пути, имеющим охранный статус. На углу с Арцыбушевской стоит «Дом мещанина А.И. Рыжова», занесенный в список ОКН (самый свежий ищите здесь) в прошлом году.

Дом Рыжова

За ним притаился «стеклянный сундук» с элитным жильем. Не слишком высотный, чтобы сильно портить пейзаж, но уж слишком безыскусный.

Дальше идет дом, деревянная резьба на фасаде которого входит в список моих фаворитов. Любя я называю его «Дом с человечками».

Несмотря на малый размер, он насыщен резными элементами. Здесь имеются стилизованные изображения древа жизни и солярные знаки. Верхняя часть наличников дает большой простор для фантазии. Приглядевшись, можно увидеть человечка с длинными руками, который хочет обнять весь мир. Возможно, задумка дореволюционного плотника была именно такой.

Впрочем этот оберег не справляется со своими обязанностями: в оконных рамах зияют дыры, а на фасаде дома установлены камеры наблюдения. Видимо, отголоски борьбы за место на дорогой земле исторического центра.

Этот участок Вилоновской богат на детали. Будь то массивные кронштейны на доме №67 или винтажные ставни дома на углу с Ленинской.

На том же перекрестке стоит один из самых «нахальных» домов старой Самары. Только посмотрите, как его угловой пристрой бесцеремонно вылезает на тротуар.

Дом Сажина

Осмелюсь предположить, что появился он уже в советское время. В списках памятников архитектуры это здание проходит как «Дом Сажина».

Квартал между Ленинской и Садовой в скором времени ждет высотная застройка. Памятников архитектуры тут нет, однако один дом (№58) привлекает внимание богатой деревянной резьбой. В качестве бонуса — винтажная дверь.

А вот и самое интересное. Перефразирую картину Василия Верещагина, назову следующую фотографию «Апофеоз точечной застройки».

Трансгруз

Как живется в этом небоскребе «Трансгруза», читайте в материале ДГ, написанном по горячим следам.

Второй компонент «сладкой парочки» новостроек на этом перекрестке — проблемный объект с богатой историей. Его начали строить еще в 2003 году… Впрочем, надежда на счастливый конец этой истории есть.

В ходе строительства этих высоток было снесено несколько симпатичных в архитектурном плане зданий, но располагались они по улице Садовой. Так что о них мы поговорим, когда «Энциклопедия самарских улиц» дойдет до буквы С. А пока посмотрим, что было на месте трансгрузовской высотки 20 лет назад.

За забором — территория бактериологической лаборатории, которая располагалась в бывшем особняке Льва Гергардта.

Отрадно, что после всей этой многоэтажной печали, буквально в ста метрах, находится пример того, как можно (а местами и нужно) застраивать исторический центр.

Новострой

Дадим слово архитекторам Виталию Стадинкову и Олегу Федорову. Вот какое описание дома №23 по Вилоновской они дали в своей книге «81 архитектурный шедевр: путеводитель по современной архитектуре»:

«Среди “шедевров” т.н. самарского ренессанса, новой низкосортной застройки на месте исторических кварталов, это редкий случай цельного архитектурного решения. Здание стилизованно в формах стиля модерн, широко распространенного в Самаре.

Художественное решение угловой секции напоминает цирк “Олимп” (один из лучших образцов этого стиля, снесенный в 1970-е гг.), что показывает намерения автора подчеркнуть местную архитектурную преемственность. Лирообразный портал фиксирует угол здания, вуалируя этажность сооружения своей композицией. Сложные нагромождения кровель имитируют силуэты среднерусского провинциального города, утраченные Самарой в советское время. Высокое качество проработки показывает кирпичная облицовка фасадов и столярка. Разноцветная штукатурка, в довершение пластики фасада, сильно девальвирует образ – дешевый материал не в силах изобразить роскошь фасадов модерна, которые отделывались керамикой и камнем.

Здание выгодно отличается от своих собратьев 1990-х годов комплексной программой – это не просто коробка с квартирами, здесь широко представлены общественные службы, торговля, занявшая уровень земли, своеобразный реверанс внешнему миру, который в других проектах того времени воспринимался враждебно, ведь богатые боятся бедных».

Следующий дом — один из немногих примеров надстройки дореволюционных зданий на этой улице. Кузница культурно-просветительских кадров обосновалась на Вилоновской с 1960 года. Историю учебного учреждения читайте здесь.

Культпросвет

В отличие от улицы Венцека, где революционное название подкрепляется множеством зданий с такой же исторической начинкой, на улице Вилоновской все несколько иначе. В анналах большевистской истории города она представлена более чем скромно.

Дом на углу с Галактионовской спасает эту ситуацию. В списках ОКН он проходит как «Дом вдовы  чиновника А.А. Ястребова в 110 квартале». Но нам он интересен как место, где в разные годы жили верные ленинцы Александр Шлихтер и Алексей Митрофанов.

Дом Ястребовой

Первый с 1896 по 1902 год работал в Самаре земским статистиком, а после революции успел побывать наркомом продовольствия, дипломатом, а также академиком Украинской академии наук.

Заслуги Алексея Митрофанова скромнее. Хотя в дни Великого Октября он был одним из «хедлайнеров» партии большевиков в Самаре. Так, Митрофанов председательствовал на их первом легальном собрании и руководил горкомом в марте 1917 года.

В доме на углу Вавилонской и Галактионовской он жил с 1917 по июнь 1918 года. А в 1970-х годах именем Митрофанова планировалось назвать нынешнюю площадь Памяти на пересечении улиц Осипенко и Мичурина. Что характерно, и Шлихтер, и Митрофанов пережили «большой террор» 1930-х годов.

Штукатурка на фасаде свежеотреставрированного дома уже трескается, хотя, глядя на другое здание, стоящее на этом же перекрестке, относишься к этому как к мелочи.

Дом архиерейского подворья

У Дома архиерейского подворья были все шансы получить вторую жизнь в 2018 году. Во-первых,близость к фан-зоне ЧМ-2018. Во-вторых, историческая значимость: здание было построено как доходный дом в 1905 году, в советское время приютило в своих стенах множество учебных заведений — от семилетней татарской школы до института культуры. В-третьих, архитектурные достоинства: Дом архиерейского подворья построен по проекту Тадеуша Хилинского в стиле эклектики с добавлением мотивов модерна.

Дом архиерейского подворья-2

Но увы, начавшаяся реставрация здания только ухудшила его состояния. Как итог, на время проведения чемпионата мира по футболу его прикроют фальшфасадом.

В дореволюционном церковном квартале нашел свое место и Дом актера, попавший в наш топ лучших модернистских построек Самары.

Дом актера

А теперь поглядите, как выглядело это место 120 лет назад.  Фото сделано с колокольни Кафедрального собора, стоявшего на нынешней площади Куйбышева.

Вид с колокольни

Следующее здание на этой фотографии отсутствует. Хотя на его месте мы видим небольшой двухэтажный домик. Речь идет о Архиерейском доме, построенном Александром Щербачевым в 1905 году.

Что любопытно, первоначальный его проект в стиле неоренессанса зодчий разработал еще в 1895 году. Однако в столице его завернули, ибо все постройки духовного ведомства в те годы возводились, как правило, в «русском стиле». По счастью, первоначальный вариант сохранился в самарском архиве.

Первоначальный план

В начале 1930-х годов здание было передано Куйбышевскому индустриальному институту. Он стал центром «учебного городка на Вилоновской». Нижнее фото слева — 1950-е годы.

В позднесоветский период здесь размещался теплоэнергетический факультет. Вот еще одно любопытное фото того периода. Обращают на себя внимание отсутствие входной группы с балконом и лаконичная вывеска на столбе, указывающая направление к цирку.

EG_W9rotZYM

В 2005 году здание было возвращено епархиальному управлению русской православной церкви.

В заглавии нашей статьи я обещал вам кварталы советской элиты — и вот они. Дом №20 по Вилоновской внешность имеет заурядную и непритязательную. Однако именно в нем жили люди, строившие и ковавшие славу Куйбышева космического. Некоторые из них смотрят на своих потомков с мемориальных досок.

Не уступит ему в элитарности и дом №10, построенный в 1971 году. В частности, в нем жил главный архитектор Куйбышева (с 1965 по 1987 годы) — Алексей Моргун.

Еще один легендарный житель этого дома, бессменный главреж театра драмы — Петр Монастырский.

Петр Монастырский

Сердце меж тем требует еще большей элитарности, и она не заставляет себя ждать. Вообще, в середине 1930-х годов между Вилоновской, Фрунзе и Чапаевской должны были построить второй Дом специалистов.

Но проект был пересмотрен, и возведенный в 1939 году дом был отдан под заселение партийным бонзам — работникам областного комитета КПСС. За почти 80 лет истории в обкомовском доме жило множество известных людей — от композитора Дмитрия Шостаковича до авторитетного бизнесмена Владимира Захарченко.

А до революции вся эта территория принадлежала Иверскому монастырю. Фото слева датируется 1890-ми годами. Церковь справа от колокольни — Собор Успения Пресвятой Богородицы.

Напротив него — самый первый дом по улице Вилоновской, прозванный в народе «муравьевским» в честь Евгения Муравьева, первого секретаря куйбышевского обкома КПСС (1979-1988 годы). История его заселения стала одним из главных городских скандалов времен «перестройки».

Дело в том, что один подъезд этого дома был предназначен для все тех же партийных работников и выгодно отличался от остальных планировкой и отделкой квартир. Это стало достоянием гласности и одним из самых увесистых камней в огород Муравьева. В июле 1988 года он покинул свой пост.

Завершаем наше путешествие по улице Вилоновской в сквере Пушкина. Отсюда прекрасно видна мельница купца Субботина, построенная в 1883 году по соседству с его величеством Пивзаводом.

Шаховские казармы

Еще до революции она была переформатирована под казармы, где в 1917 году начинал свою карьеру красного командира будущий маршал Василий Блюхер.

Вот такая она, Вилоновская, улица, не имеющая своего однозначного исторического лица. Ее архитектурно-градостроительная биография так же тяжела, как и судьбы людей, давших ей имена. Угасает, чахнет и разрушается, подобно здоровью старого каторжанина Вилонова, историческая застройка. Застройщики, подобно народовольцам, убившим Александра II, проводят политику индивидуального террора — точечной застройки.

Лишь крошечный участок Вилоновской, от Чапаевской до Волги, оставляет приятное послевкусие. Хотя и здесь не обошлось без потерь…

Фотографии: Елена Вагнер
Архивные снимки: Евгений Малинкин


Другие материалы из рубрики «Крупным планом»:

Алексея Толстого
Александра Матросова
Аэродромная
Бобруйская
Братьев Коростелевых
Брусчатый переулок (Машстрой)
Венцека

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтакте и Facebook