Война, стройка, большая политика

Карьера Григория Засекина: от командира отряда до основателя городов

 1 076

Автор: Андрей Артёмов

Все знают, что князь Григорий Засекин — основатель Самары и памятник на набережной. Но в его карьере было гораздо больше интересного. Он рубился со шведами, построил три крепости, подружился с кочевниками и однажды казнил казачьего атамана с матерным прозвищем. А еще Засекина, по слухам из «Есиповской летописи», как-то раз ограбил легендарный Ермак.

Краевед ДГ Андрей Артемов изучил книгу «О князе, который строил города» самарского историка, профессора «госовского» истфака Эдуарда Дубмана и выбрал главные сюжетные повороты из биографии князя Засекина.


Его первая крепость

С 1574 по 1579 года далекий потомок ярославских князей Григорий Засекин служил на западной границе Московского государства в крепости Корела. В 1575 году здесь произошло сражение со шведами, в котором победил русский гарнизон. Григорий Засекин был в нем одним из «голов» (должность командира отряда численностью в 100 или более человек). Впрочем, в 1580 году казавшуюся неприступной крепость взял штурмом шведский полководец Делагарди. Но к тому моменту князя Засекина там уже не было.

В 1577 году его отправили в Орешек воеводой «на вылазке», его отряд должен был действовать за стенами крепости. В том же году Григорий Осипович участвовал в ливонском походе, которым руководил лично Иван Грозный.

Иван Грозный
Взятие Иваном Грозным ливонской крепости Кокенгаузен в 1577 году. Художник Соколов-Скаля 1937-1943 годы.

Следующие два года русским войскам везло. Когда же чаша весов склонилась в сторону Швеции и Польши, Засекин был далеко от Прибалтики. В 1580 году его отправили в «Поле», на юго-восточные рубежи Московского государства.

Борьба против кочевников

Если вы подумали, что речь сейчас пойдет о Средней Волге, вы ошиблись. После западных рубежей Засекин служил в Калуге. Да, друзья, даже этот «подмосковный» город в конце XVI века имел военное значение. Кочевники, прежде всего крымские татары, все еще оставались угрозой для этих мест. Григорию Засекину пришлось с нуля изучать тактику кочевников-степняков.

На сторожевой окраине
На сторожевой границе Московского государства. Художник Сергей Иванов.

Весной 1581 года он впервые в своей карьере получил должность первого (главного) воеводы в городе Михайлове. Здесь же произошло первое знакомство Засекина с вольными казаками — донскими и украинскими (черкасскими). С одной стороны, они были врагами Крымского ханства, но с другой — были своенравны и непредсказуемы, что делало их ненадежными союзниками.

В землях черемисов

В советское время князя Засекина назвали бы «летуном», то есть человеком, часто меняющим места работы. Но таковы были реалии XVI века, воеводы редко задерживались на одном месте дольше, чем на год-два. Вот и Григория Осиповича в 1583 году отправили еще в одну «горячую точку» — город Алатырь.

После того, как пало Казанское ханство и территория досталась Москве, местные жители (марийцы, чуваши и так далее) ощутили на себе всю прелесть новых повинностей и налогов. Напряженность перерастала в военные конфликты, получивших название «Черемисские войны». Воеводство Засекина в Алатыре совпало с третьей из них.

Помимо разруливания местных «межэтнических терок», Засекин занимался строительством укрепленных линий и станиц. Они оберегали границы страны от все тех же крымских татар и ногайцев, еще одного кочевого народа с которым Засекин столкнется вплотную спустя пару лет.

Что же касается восстания черемисов, то его подавили в 1585 году, а на их землях построили несколько городов-крепостей. На долю Григория Засекина пало устройство и «бережение» города Санчурска.

На волжских берегах

Потом Григорий Засекин строил крепости на Волжском торговом пути, спокойствию которого угрожали сразу несколько сил.

Во-первых, Ногайская Орда. К середине XVI века — самый крупный осколок орды Золотой. Степняки, наиболее преданные завету Чингиз-хана «везде кочевать, никогда не сделаться оседлыми». Летом ногайские кочевья доходили до рек Самара и Кинель.

Другим соседом будущих крепостей стало вольное волжско-яицкое казачество. Бежавшие от крепостного гнета в еще не обжитые земли, казаки селились в поросших поймах рек, на островах и других труднодоступных местах. Да, тогдашний казак был совсем не таким, как мы его себе представляем. Никаких лихих кавалерийских атак, тягаться в них с ногайцами было самоубийством. Только реки и протоки, струги и челны.

Вольное казачество меж тем «спонсировалось» правительством «присылками» хлеба, свинца и «зелья». Взамен оно боролось с крымскими татарами и ногайцами. По сути, казаки несли царскую службу с которой в любой момент могли уйти.

Вот с такими беспокойными соседями предстояло найти общий язык Григорию Засекину.

Восток дело тонкое

После падения Казанского и Астраханского ханств для безопасности Волжского торгового пути на него посылали «плавные рати», а в стратегически важных местах выставляли караулы. Но это были полумеры.

Что любопытно, в 1555 году тогдашний правитель Ногайской Орды Исмаил сам просил царя Ивана Грозного поставить на Волге сторожевые пункты, в том числе и в устье реки Самара. Делал он это не от хорошей жизни. Ногайская Орда переживала политический кризис, многие кочевники были не прочь уйти под власть Крымского хана. Чтобы не допустить их бегства, надо было строить крепости на «перелазах» через Волгу. Но то был 1555 год, спустя три десятилетия ситуация изменилась.

Новый ногайский бий — Урус в 1585 году предлагал Крымскому хану заключить союз и пойти в поход на Астрахань, чтобы при поддержке турецкого султана лишить Россию Нижней и Средней Волги. Таким образом строительство новых крепостей уже не только защищало Волжский торговый путь, но и было военной необходимостью.

Крепостной алгоритм

Предварительные работы по постройке крепости в тот период состояли из нескольких этапов:

1) Выбор места строительства специалистами Разрядного приказа (либо приказа Казанского Дворца).
2) Передача предложения о строительстве в Боярскому думу, либо лично государю.
3) В случае его утверждения — отправка на место служилых людей, чтобы те составили точный план местности и смету.
4) Разбор чертежей и сметы в Разрядном приказе и выработка окончательного проекта.
5) Отправка проекта в Боярскую думу вместе с кандидатурой воеводы, который должен руководить стройкой.
6) Боярская дума составляла «Наказ», в котором указывались основные требования к будущему городу и определялся состав экспедиции.

Следующая остановка — Самара

К строительству Самарской крепости готовились полтора-два года. В конце апреля-начале мая 1586 года караван судов, вероятнее всего из-под Свияжска, отправился в путь. Главным помощником Засекина в том походе был стрелецкий голова Федор Ельчанинов, с которым они участвовали в подавлении черемисского восстания.

У проектировщиков было несколько вариантов расположения крепости. Первый и вроде бы очевидный — в Самарском урочище, где река Самара впадала в Волгу (район нынешней Сухой Самарки). В этом случае крепость была защищена от внезапного нападения кочевников протоками и озерами. Но Григорий Осипович не искал легких путей и начал строить крепость вдалеке от Волги на возвышенности, которую очевидцы называли горой.

Самарское урочище. Гурьянов
Самарская крепость и окретности в 1586 году. Реконструкция Емельяна Гурьянова 1986 года. Сейчас установлено, что пристарь и зимовье Самар находилось на правом берегу Волги в Шелехметских горах.

Датой рождения нового города можно считать праздник Троицы, который в 1586 году пришелся на 22 мая (1 июня по новому стилю). Вероятнее всего, именно в этот день началось строительство, как крепости, так и первого самарского храма — Пресвятой и Живоначальной Троицы.

В конце лета того же года наш город впервые упомянули в официальных документах. Он принимает стрельцов, послов и свиту крымского царевича.

Где сейчас искать крепость Засекина

По мнению Эдуарда Дубмана, сердце самарской крепости, рубленный кремль, примыкал к высокому берегу реки Самары и занимал юго-восточный угол в системе оборонительного комплекса «Кремль-острог». Он находился в границах современных улиц Григория Засекина, Алексея Толстого, Кутякова и берега реки Самара (на приведенной ниже схеме краеведа Емельяна Гурьянова этот участок выделен красным).

Таким образом, немалая часть первой самарской крепости располагается на территории завода клапанов.

Первая угроза для нового города

Появление крепости на Волге (в том же году на реке Белой была построена Уфа) не на шутку огорчило ногайского бия Уруса. Столичные дипломаты, да и сам Григорий Засекин всячески убеждали его послов в том, что она построена только борьбы с казачьей вольницей. Бий не верил.

Дело принимало серьезный оборот, и Москва решила пустить в ход свой козырь. Летом 1586 года волжско-яицкие казаки во главе с Матюшей Мещеряком совершили ряд набегов на ногайские станы. А потом и вовсе замыслили неслыханное: построить город на Кош-Яицком острове на реке Илек (Урал). Бию Урусу стало не до Самары. Он пошел на штурм нового казачьего городка, но потерпел сокрушительное поражение.

Разборка с казаками

Уже после победы казачьего войска над Урусом, к его атаманам доставили царскую грамоту, которая призывала их поступить на государеву службу. Мнение разделились. Часть казаков во главе с атаманом Матвеем Мещеряком приняла предложение и прибыла в Самару.  Но большинство во главе с Богданом Барбошей осталось на Яике.

Лояльных режиму казаков хотели отправить в Астрахань, но произошел небольшой казус. От Мещеряка потребовали, чтобы ногайцам вернули пленных и награбленное за год имущество. По стечению обстоятельств, в то же время из Москвы через Самару возвращалось ногайское посольство. Степнякам было бы приятно вернуть себе все отнятое казаками, а русское правительство получало прекрасный шанс показать свой дружественный настрой.

Самарская крепость
Реконструкция самарской крепости. Музей Алабина.

Но атаман Матвей Мещеряк и его товарищ Тихон П****ша (кличка, образованная от нецензурного названия вагины — прим. ред.) не обрадовались такому раскладу. Во-первых, все награбленное досталось им в честном бою, а во-вторых, казаков на ногайцев «натравила» сама Москва, о чем они и заявили.

Не понимая значимость момента, казаки и вовсе стали издеваться над прибывшими в Самару ногайскими послами: «всякие непригожие дела говорить… как жен их соромотили», за пленников потребовали огромный выкуп, а в конце концов попытались их еще и ограбить.

Григорий Засекин был вынужден бросить пятерых самых буйных казаков в тюрьму, а остальных отправить в Астрахань.

Бунт и казнь

Держать видных атаманов в узилище было опасно. В любой момент им на выручку могли прийти казаки с Яика. Что-то предпринимать без царской грамоты Засекин также не мог.

Плененные казаки не сидели сложа руки. Они вступили в сговор с частью гарнизона Самарской крепости. План был достаточно прост: «послать» весть всем вольным казакам Волги и Яика, чтобы те подошли к Самаре и взяли крепость штурмом.

Однако среди заговорщиков нашелся предатель, который сообщил князю Засекину о готовящемся заговоре. Григорий Осипович немедленно сообщил об этом в столицу. Рассмотрение дела заняло немного времени, и в марте 1587 года в Самару прибыл сын боярский Постник Косяговский с царским вердиктом:

«Матюша Мещеряка да Тимоху П****ша, да иных их товарищей пущих (государь) велел казнити перед ними послы смертною казнию».

Приговор привели в исполнение весной 1587 года. Ногайские послы вернули себе все отнятое казаками и убедились в лояльности русской администрации. Был достигнут и столь долгожданный для Москвы геополитический итог — многие ногайские мурзы оставили мысли о самостийности и начали посылать свои отряды на службу в русскую армию.

Царицын и Саратов

Вторая половина 1587-го и 1588-й годы — белое пятно в биографии Григория Засекина. Его имя в документах появляется вновь лишь летом 1589 года. Засекин опять строит крепость на стратегически важном участке — переволоке между Волгой и Доном. Городок был назван Царицыным.

Следующим летом Засекин строит Саратовскую крепость. Между возведением двух городов уместился поход в Ливонию, где ему пришлось снова воевать против шведов и участвовать в осаде Нарвы.

Памятник Григорию Засекину в Волгограде.

Подведя итог пяти лет службы Григория Засекина на Волге, можно констатировать, что здесь он был самым «авторитетным» воеводой и добился многого:

— Построил три крепости, которые окончательно закрепили Волжский торговый путь за Россией;
— Сделал максимально лояльными кочевавших в приволжских степях ногайцев;
— Наладил отношения с волжским и яицким казачеством, привлекая многих из них на царскую службу.

Последний бой

В 1591 году князь Засекин отправился на крайний юг Русского государства. Местом его службы стала крепость Терки в устье реки Сунжи (ныне Кизлярский район Дагестана).

Геополитический «замес» тут был, пожалуй, самым крутым из всех. На Северном Кавказе столкнулись интересы России, Османской империи, Крымского ханства, Персии, христианский государств Закавказья и горских племен.

«И во всем этом прикрываю вас я» — мог бы сказать Григорий Осипович. Первым, с кем предстояло здесь разобраться, было Тарковское шамхальство. Оно располагалась рядом, было населено кумыками и являлось союзником Османской империи. Воевать с ним Москву просил кахетинский царь Александр II, православный правитель, который мог усилить влияние России на Кавказе.

Кавказ в 16 веке

Поход состоялся в конце 1591 года. Рать Засекина хоть и нанесла кумыкам поражение, но окончательно сломить сопротивление не смогла. Окончательно Тарковское шамхальство присоединилось к России только при Петре I в начале 1720-х годов.

Через год Григория Засекина не стало. В документах не указывается причина смерти. Можно лишь предположить, что князя свели в могилу полученные в походе раны, либо внезапная болезнь. После весеннего половодья, близ крепости Терки образовывались болота, делавшие эту местность экологически нездоровой.

Увы, профессору Дубману пока не удалось найти в архивах имена наследников Григория Засекина. Вероятно все они были женщинами, а мужская линия рода заглохла.

Послесловие

Несмотря на беспорочную государеву службу, Григорий Засекин не смог подняться по карьерной лестнице выше дворянина средней руки. Он не стал топовой исторической фигурой, но остался в памяти краеведов и народном фольклоре.

В одной из редакций «Есиповской летописи», повествующей о походе казаков в Сибирь, говорится: летом 1580 года царь Иван Грозный отправил в Астрахань караван судов с деньгами, свинцом и порохом. Проплывая мимо устья реки Самары он подвергся нападению флотилии («ясаульных струг») яицких и волжских казаков. Они «всю казну царскую взяли», а «воеводу князя Григория Засекина и всех людей побили». Руководил нападением на царские суда Ермак Тимофеевич.

Летопись была написана во второй половине XVII века со слов участников сибирского похода или их потомков. Исторически доказано, что пути Григория Засекина и Ермака не пересекались. Но народная молва и фольклор свел их вместе.

ДГ благодарит сотрудников музея им. П.В. Алабина за предоставленную книгу.

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтакте и Facebook